"Дом никогда не бросает тех, кто взял, и однажды поверил в Дом."(с) Джек-с-Фонарём
Дом стоит на отшибе в одном из старых районов Столицы. В Городе немало подобных Домов; история одного из них даже уже известна довольно широкому кругу. Так что вполне вероятно, что найдутся те, кто предъявит обвинения в похожести. Так это или нет? Каждый Дом – это отдельный Мир, вмещающий в себя множество Миров и Вселенных – своих жителей и обитателей, Один человек похож на всех и, одновременно, не похож ни на кого. Так что Дома и похожи и нет.
Этот дом очень и очень стар. Не как в дурацкой шутке про «суперстар», нет. Его нельзя назвать древним, так как под этим словом часто понимаются чуть ли не руины и развалины; С большой натяжкой можно назвать старинным – этот период начинается от эпохи седого Средневековья и заканчивается примерно началом 19 века. Дом же просто очень стар. Он был построен не то в самом конце 19, не то в самые первые годы 20 века. «Дом свиданий», «Дом терпимости» - все это лишь более приличные названия того, что размещалось тут поначалу. Проще говоря – бордель, где «верные» мужья отдыхали от общества своих богоданных и благоверных супружниц в компании веселых и легкодоступных «папиных куколок». «Куколки» были очаровательны, общительны и опытны, «Папа» - держатель борделя, имени которого и тогда никто не знал, и за которым уже тогда прочно закрепилось прозвище Кукловод, брал за обслуживание клиентов по-божески, полиция и церковь, долженствовавшие печься о нравственности добрых христиан, беспокоили не очень часто. Дом был популярен и процветал. Три этажа и подвальное помещение, в котором прежде были не только кладовки и несколько комнат-камер-карцеров для провинившихся «куколок», но еще и пара особых комнат для клиентов с особыми предпочтениями. Теперь в той самой паре комнат размещаются прачечная, котельная и автономный электрогенератор. Что до остальных подвальных помещений – там сваливают ненужные вещи, что-то уже заложено камнями и забито досками. То же, о чем ведомо определенному кругу, речь пойдет не сейчас.
Облицовка Дома в первоначальном своем виде была нежно-розовой с белым, словно смешанные с ягодным соком сливки. Однако теперь об изначальном не догадывается никто из ныне живущих в Доме. А те, кто знал об этом прежде, говорить об этом не станут. До тех пор, пока не закружился по Стране безумный и кровавый вихрь. От варварского разгромления «верными бойцами революции» Дом спас, как ни удивительно, пожар, вспыхнувший в первые же дни Осеннего Переворота. Все херувимчики, купидончики и прочая пухлощекая крылатая компания, украшавшая фронтон и шпалеры здания с начала его жизни, бесследно исчезла в том де революционном огне. Дом будто предчувствовал свою дальнейшую судьбу и сам – заранее избавился от ненужных излишеств. Или, наоборот, пожалел каменные украшения и не позволил издеваться над «детьми».
Оставив после себя голые каменные стены, огонь уничтожил все, что было внутри. Все, но не всех. По совершенно непонятному обстоятельству повстанцы, ворвавшиеся в горящее здание, не обнаружили там ни единого обгоревшего трупа или скелета. К тому же, Дом горел молча – из его нутра не было слышно ни единого вопля или, хотя бы, слабого стона, могущего обнаружить живых. Вероятно, борцы за идеалы революции посчитали, что Дом и так уже наказан за свое «порочное прошлое», так как не стали разрушать его окончательно. А чуть позже, когда страшный Вихрь, пронесшись над Страной и собрав с нее кровавую жатву, умчался прочь, кто-то из новых пастухов человеческого стада отдал распоряжение о поднятии Города из руин. И тогда у Дома началась новая и совсем иная жизнь, разительно отличающаяся от прежней.
Три этажа и подвальное помещение Дома, в котором прежде были не только кладовки и несколько комнат-камер-карцеров для провинившихся «куколок», но еще и пара особых комнат для клиентов с особыми предпочтениями. Теперь в той самой паре комнат размещаются прачечная, котельная и автономный электрогенератор. Что до остальных подвальных помещений – там сваливают ненужные вещи, что-то уже заложено камнями и забито досками. То же, о чем ведомо определенному кругу, речь пойдет не сейчас.
Можно сказать, что Дому повезло. Сначала его облюбовали для обитания детей «героев революции», после так и вообще для сирот партаппарата. Ремонты производили почти вовремя.
Теперь Дом несколько обветшал, но все же сохраняет свою форму, в нем живут и обитают самые разные люди и создания, о которых знают даже не все его жители. В нашем Доме крайне редки появления инвалидов. Наши ребята ходят в обычную школу и ведут почти обычный образ жизни. И все же Дом таит себе множество тайн и загадок. Самой большой тайной для взрослых является только Лунная Сторона. Да и то - не для всех. Просто большинство взрослых в это не верят и считают это обыкновенными детскими фантазиями.
Этот дом очень и очень стар. Не как в дурацкой шутке про «суперстар», нет. Его нельзя назвать древним, так как под этим словом часто понимаются чуть ли не руины и развалины; С большой натяжкой можно назвать старинным – этот период начинается от эпохи седого Средневековья и заканчивается примерно началом 19 века. Дом же просто очень стар. Он был построен не то в самом конце 19, не то в самые первые годы 20 века. «Дом свиданий», «Дом терпимости» - все это лишь более приличные названия того, что размещалось тут поначалу. Проще говоря – бордель, где «верные» мужья отдыхали от общества своих богоданных и благоверных супружниц в компании веселых и легкодоступных «папиных куколок». «Куколки» были очаровательны, общительны и опытны, «Папа» - держатель борделя, имени которого и тогда никто не знал, и за которым уже тогда прочно закрепилось прозвище Кукловод, брал за обслуживание клиентов по-божески, полиция и церковь, долженствовавшие печься о нравственности добрых христиан, беспокоили не очень часто. Дом был популярен и процветал. Три этажа и подвальное помещение, в котором прежде были не только кладовки и несколько комнат-камер-карцеров для провинившихся «куколок», но еще и пара особых комнат для клиентов с особыми предпочтениями. Теперь в той самой паре комнат размещаются прачечная, котельная и автономный электрогенератор. Что до остальных подвальных помещений – там сваливают ненужные вещи, что-то уже заложено камнями и забито досками. То же, о чем ведомо определенному кругу, речь пойдет не сейчас.
Облицовка Дома в первоначальном своем виде была нежно-розовой с белым, словно смешанные с ягодным соком сливки. Однако теперь об изначальном не догадывается никто из ныне живущих в Доме. А те, кто знал об этом прежде, говорить об этом не станут. До тех пор, пока не закружился по Стране безумный и кровавый вихрь. От варварского разгромления «верными бойцами революции» Дом спас, как ни удивительно, пожар, вспыхнувший в первые же дни Осеннего Переворота. Все херувимчики, купидончики и прочая пухлощекая крылатая компания, украшавшая фронтон и шпалеры здания с начала его жизни, бесследно исчезла в том де революционном огне. Дом будто предчувствовал свою дальнейшую судьбу и сам – заранее избавился от ненужных излишеств. Или, наоборот, пожалел каменные украшения и не позволил издеваться над «детьми».
Оставив после себя голые каменные стены, огонь уничтожил все, что было внутри. Все, но не всех. По совершенно непонятному обстоятельству повстанцы, ворвавшиеся в горящее здание, не обнаружили там ни единого обгоревшего трупа или скелета. К тому же, Дом горел молча – из его нутра не было слышно ни единого вопля или, хотя бы, слабого стона, могущего обнаружить живых. Вероятно, борцы за идеалы революции посчитали, что Дом и так уже наказан за свое «порочное прошлое», так как не стали разрушать его окончательно. А чуть позже, когда страшный Вихрь, пронесшись над Страной и собрав с нее кровавую жатву, умчался прочь, кто-то из новых пастухов человеческого стада отдал распоряжение о поднятии Города из руин. И тогда у Дома началась новая и совсем иная жизнь, разительно отличающаяся от прежней.
Три этажа и подвальное помещение Дома, в котором прежде были не только кладовки и несколько комнат-камер-карцеров для провинившихся «куколок», но еще и пара особых комнат для клиентов с особыми предпочтениями. Теперь в той самой паре комнат размещаются прачечная, котельная и автономный электрогенератор. Что до остальных подвальных помещений – там сваливают ненужные вещи, что-то уже заложено камнями и забито досками. То же, о чем ведомо определенному кругу, речь пойдет не сейчас.
Можно сказать, что Дому повезло. Сначала его облюбовали для обитания детей «героев революции», после так и вообще для сирот партаппарата. Ремонты производили почти вовремя.
Теперь Дом несколько обветшал, но все же сохраняет свою форму, в нем живут и обитают самые разные люди и создания, о которых знают даже не все его жители. В нашем Доме крайне редки появления инвалидов. Наши ребята ходят в обычную школу и ведут почти обычный образ жизни. И все же Дом таит себе множество тайн и загадок. Самой большой тайной для взрослых является только Лунная Сторона. Да и то - не для всех. Просто большинство взрослых в это не верят и считают это обыкновенными детскими фантазиями.